Хоть под утро заснуть смогла бы я.
Улыбаюсь – такая нежная.
Слезы рвутся – такая слабая.
Без одежды – такая смелая,
По плечам раскидала волосы.
На метле в окно улетела я,
Поманила ночь сладким голосом
Звезды в небе со мною бесятся,
Ветер нежит шальными сказками.
Мне окно твоё, милый, грезится,
Ты там спишь безмятежно, ласковый.
Я ворвусь в окно твоё ведьмою,
Наслаждаясь своею силою.
И любовь неземную впредь мою
Ты уже не узнаешь, милый мой.
Ты умрешь за боль мою кровную
За надежды мои обманные!
Ты сейчас. … Но дыханье ровное,
И улыбка во сне туманная…
Нет, убить тебя не смогла бы я,
Слезы душат – моё бессилие.
Я болела тобой – слабая.
Я прощаю тебя – сильная.
Оставляю тебя, нежного,
Той, с кем спишь на одной простыни.
Я любила тебя, грешная,
А теперь растворяюсь просто я
За окно твоё, в ночь туманную…
Оглянусь, затаив дыхание.
Ты, незваный мой, ты, желанный мой,
Потерял меня… до свидания
Холодно в заброшенной часовне,
Чуть трепещет белая свеча.
Не идёт молитва с уст бескровных,
А ладонь дрожаще-горяча.
За окном дождя извечный ропот,
И дыханье чьё-то, там, в тени!
Свет и тень. Бессвязный полушёпот:
«Господи... Иисусе... сохрани!.. »
Гром! Удар! И гаснут, гаснут свечи –
За одной другая. «Защити...»
И со всех сторон несутся речи:
- Виноват... виновен... Отплати!
Дуб – огромный дуб – качает ветер.
Из такого делают гробы!..
Бледное лицо при лунном свете
Тускло отливает голубым.
Опустилась дымная завеса:
«Зря, родимый, ты приехал зря...»
...Вдруг утихло всё. Встаёт над лесом
Ранняя неяркая заря.
И ничто так не ласкает слуха,
Как победный петушиный крик.
...Сердце ждёт прихода злого духа,
А в тумане – юный страшный лик.
Тёмный взор мерещится, блистая,
Неотвязно на твоём пути.
«Ты вернёшься, милый. Я-то знаю! »
Не забыть, не скрыться, не уйти...
